А в целом, господа, абзац. Большой и толстый. Я находился на полном орков драккаре. Почти три десятка клыкастых различной степени вонючести зеленокожих составляли команду ярла Рюрика.

А в целом, господа, абзац. Большой и толстый. Я находился на полном орков драккаре. Почти три десятка клыкастых различной степени вонючести зеленокожих составляли команду ярла Рюрика.

Чаще всего люди попадают в виртуальные миры добровольно, чтобы отвлечься от бытовых неурядиц. Но бывают и исключения. Где-то в глуши есть отапливаемый ангар, заполненный игровыми капсулами. Игроки оказались здесь не по доброй воле, а тот, кто их переместил сюда, позаботился о том, чтобы пропавших не искали. Он создал этот жуткий виртуальный мир и дал ему название Мир Сценариста.

Гэвин Гайл – Призма. Он первосвященник и император, сила, ум и обаяние которого – все, что удерживает хрупкий мир от разрушения. Тем не менее, призмы не вечны, и Гайл точно знает, сколько ему осталось жить.

Олег – бывший хардкорный игрок, а ныне востребованный гейммастер множества разнообразных VR-проектов, оказывается втянут в интриги таинственной госкорпорации.

А в целом, господа, абзац. Большой и толстый. Я находился на полном орков драккаре. Почти три десятка клыкастых различной степени вонючести зеленокожих составляли команду ярла Рюрика.

Судьба непредсказуема и порой жестока: в любой момент может забрать то, что тебе дорого. Когда тебя предаст самый близкий человек, то поступки, совершённые тобой под влиянием эмоций, могут пустить под откос всю оставшуюся жизнь.

Мечтаешь стоять на носу драккара, вглядываясь в выплывающий из тумана монастырь святого Кутберта? Да кто ты такой? Пацан-попаданец, вчерашний геймер-задрот и пацифист.

Ты – очень вспыльчивый парень и ты попал. В орка, эльфа, гоблина, кентавра, вампира, сатира, нимфу, жука-навозника, неопределенное существо с тентаклями и многих других. Твой уровень имбанутости повысился, но ты поплатился за ЧСВ – пришло время платить по долгам.

Никто не знал, откуда он явился и куда держал путь. Он – отголосок далёкого и почти забытого прошлого, один из тех, кого боятся и ненавидят. Но он необходим миру, возникшему на обломках прежнего.